Глава 10. Погоня в порту

Они не прошли и половины пути от коптильни Вейры обратно к докам, когда Хассо вдруг остановился посреди улицы, схватив Миру и Тобба за рукава.

— Стоп, — прошептал он. — Не смотрите сразу, но у входа в переулок позади нас — двое. Форменные плащи. Не Инквизиция открыто, но выправка та же самая.

Мира заставила себя не оборачиваться слишком резко, лишь скосила взгляд, будто разглядывая витрину лавки с корабельными снастями. Двое мужчин действительно стояли у входа в переулок — вроде бы праздно, вроде бы просто беседовали между собой, но их взгляды слишком уж часто и слишком уж синхронно скользили в сторону троицы.

— Думаешь, тот рыботорговец? — тихо спросил Тобб.

— Не важно, кто. Важно, что нас нашли быстрее, чем я надеялся. — Хассо прибавил шагу, увлекая их за собой в противоположном от преследователей направлении. — К докам коротким путём не выйдет. Придётся через верхний город.

— Это тот рыботорговец, — процедила Мира сквозь зубы, вспомнив побледневшее лицо продавца, выронившего нож при одном упоминании поющих. — Больше некому.

— Может, и он, — согласился Хассо, не сбавляя шага. — А может, и амулетчица, а может, кто-то из тех, кто просто стоял рядом и слышал больше, чем следовало. В городе, где половина населения на что-то да доносит властям, не так уж важно, кто именно продал слово. Важно, что оно уже продано.

Верхний город Керавена представлял собой путаницу узких лестниц, карабкающихся между домами, построенными настолько тесно друг к другу, что местами крыши соседних зданий почти соприкасались. Мира никогда прежде не бывала в подобных местах и сейчас, петляя вслед за Хассо по крутым, скользким от вечерней сырости ступеням, успевала только удивляться, как быстро для своего возраста двигается старик, когда того требует необходимость.

— За нами, — выдохнул Тобб, оглянувшись через плечо. Двое мужчин больше не притворялись праздно прогуливающимися — они бежали, и к ним уже присоединился третий, появившийся из соседнего переулка.

— Быстрее! — крикнул Хассо, сворачивая в ещё более узкий проход между домами, где едва помещались плечи.

Погоня вынесла их на плоскую крышу склада, нависающую над соседним переулком в опасной близости к следующему зданию — достаточно близко, чтобы перепрыгнуть, если решиться, и достаточно далеко, чтобы сорваться и переломать себе все кости при неудачной попытке. Хассо замер на краю, тяжело дыша, явно понимая, что в его возрасте такой прыжок скорее убьёт его, чем спасёт.

— Идите без меня, — прохрипел он. — Я их задержу, сколько смогу.

— Даже не думай, старик, — раздался снизу знакомый голос, и Мира с облегчением увидела, как по соседней крыше карабкается капитан Дарнвейл собственной персоной, а следом за ним — Гретта с абордажной саблей наперевес. Оказывается, пока троица пробиралась через верхний город, весть о преследовании каким-то образом долетела и до остальной команды, ожидавшей на кораблю.

— Откуда вы?! — выдохнула Мира.

— Портовые мальчишки быстро бегают за монету, — коротко бросила Гретта. — Один из них прибежал к трапу с криком про людей в форме, гоняющихся за девчонкой и стариком по крышам. Не так уж сложно было догадаться, о ком речь.

Преследователи показались из переулка внизу — уже не двое, а четверо, и один из них выкрикнул что-то похожее на официальное требование остановиться именем Королевской Инквизиции. Капитан Дарнвейл, вместо того чтобы подчиниться, схватил Миру за руку и потянул к самому краю крыши.

— Прыгаем, — сказал он твёрдо. — Все вместе, на счёт три. Не думай, просто прыгай.

Мира никогда прежде не прыгала между крышами и, честно говоря, надеялась никогда этого не делать, но выбор, стоявший перед ней сейчас, был предельно простым: прыгнуть и, может быть, разбиться, или остаться и точно попасть в руки людей, чей начальник уже дважды одарил её тем самым вежливым, слишком заинтересованным взглядом. Она прыгнула.

Приземление вышло жёстким — Мира упала на одно колено, ободрав ладони о шершавую черепицу, — но она была жива, и рядом с ней, тяжело дыша, приземлились остальные. Хассо замешкался на краю на долю секунды дольше остальных, и в этот момент один из преследователей, оказавшийся ближе прочих, метнул что-то — не оружие, а верёвку с грузом, зацепившуюся за ногу старика.

— Хассо! — крикнула Мира, бросаясь обратно к краю крыши.

Капитан Дарнвейл среагировал быстрее — одним рывком перерубил верёвку саблей Гретты, которую перехватил в последний момент, и вместе с Барро, невесть откуда снова возникшим рядом (кок, как оказалось, тоже присоединился к погоне, вооружившись исключительно разделочным ножом и решимостью), они втащили старика на крышу за мгновение до того, как преследователи достигли того же места.

— Вниз, к докам, живо! — скомандовал капитан, и вся группа кинулась к пожарной лестнице на противоположной стороне крыши, ведущей прямиком в переулок, откуда до пристани оставалось меньше сотни шагов.

Они добежали до "Серой Течения" в тот самый момент, когда преследователи наконец выбрались на набережную позади них, — слишком поздно, чтобы помешать отплытию, но достаточно быстро, чтобы Мира успела разглядеть, как один из них выкрикивает приказы остальным, явно намереваясь передать весть дальше по цепочке.

— Отдать концы! Все паруса! — гремел голос капитана, пока команда лихорадочно отвязывала швартовы, а "Серая Течение" медленно, мучительно медленно начинала отходить от причала.

Когда корабль наконец набрал ход, оставляя позади разгорячённых, бессильных преследователей на берегу, капитан Дарнвейл, тяжело дыша, оперся о планшир рядом с Мирой.

— Ну вот, — сказал он с мрачным весельем человека, только что осознавшего масштаб собственного безрассудства, — теперь я официально скрываюсь от Королевской Инквизиции с применением силы против её представителей. Моя лицензия торгового капитана, полагаю, только что превратилась в весьма занимательную историю для суда, если нас когда-нибудь поймают.

— Простите, — тихо сказала Мира. — Я не хотела, чтобы вы…

— Не извиняйся, — оборвал он её твёрдо. — Я сделал выбор сам, с открытыми глазами. И, честно говоря, впервые за двадцать лет чувствую, что выбрал правильно, а не просто безопасно. Это, знаешь ли, приятное чувство. Пугающее, но приятное.

Хассо, отдышавшийся после погони, устроился рядом с ними на бухте каната, потирая ушибленную лодыжку — верёвка преследователя всё же успела оставить на ней глубокий, наливающийся синевой след.

— В моём возрасте прыгать между крышами — не самое разумное занятие, — проворчал он, хотя в его голосе слышалось скорее веселье, чем недовольство. — Но, признаться, я не чувствовал себя настолько живым уже лет тридцать. Спасибо за это, капитан. И тебе, девочка, тоже, хоть ты и не виновата напрямую.

Барро, всё ещё сжимавший в руке разделочный нож, которым так и не воспользовался, хмыкнул, убирая его обратно за пояс.

— В следующий раз буду брать что-то посерьёзнее для прогулок по крышам, — сказал он. — Хотя, признаться честно, само присутствие этого ножа явно напугало их не меньше, чем сабля Гретты.

Мира невольно улыбнулась, несмотря на усталость и саднящие ладони, — простая, тёплая шутка кока делала происходящее чуть менее пугающим, напоминая, что даже посреди погони от целой Инквизиции у неё есть люди, готовые превратить страх в повод для смеха, лишь бы облегчить её тревогу.